Лозунг на 2019 год: «ИЩИ МИРА И СЛЕДУЙ ЗА НИМ» (Пс. 33:15)
Интервью с ректором Евангелическо-Лютеранской семинарии в Новосаратовке, доктором теологии Антоном Тихомировым. 26.01.2016

Интервью с ректором Евангелическо-Лютеранской семинарии в Новосаратовке, доктором теологии Антоном Тихомировым.

Вера, религиозность – в традициях Вашей семьи или это Ваш личный выбор?
Я вырос в обычной советской семье, которая была дистанцирована от вопросов веры. Не враждебна, но далека от этих вопросов. Никто в нашей семье верующим особенно не был. Так что это мой личный выбор, личный путь, достаточно долгий. Он начинался с интереса к религиозным и философским вопросам. Потом я стал посещать различные церкви, в том числе и лютеранскую, в которой и остался.
А с чем был связан выбор именно лютеранского вероисповедания?

Выбор вероисповедания всегда связан со случайными причинами, о которых говорить не стоит. Важно не то, почему человек приходит в церковь, а то, почему он в ней остается. В лютеранской церкви я остался потому, что меня здесь что-то затронуло. Серьезные, умные проповеди, красивая литургия, возможность говорить на богословские темы. Это церковь, в которой действительно можно думать.
Когда и где Вы получили богословское образование?
Поскольку для меня богословие и философия были безумно интересны, я читал все, что попадалось под руку. Конечно, в конце 80-х – начале 90-х издавались разные книги, в том числе какая-то ерунда. Но была и очень интересная литература. И когда открылась наша семинария, я в нее поступил, и окончил ее с первым набором. Потом я учился пять лет в Германии. Сначала получил степень магистра, потом доктора теологии.
Когда Вы вернулись в Россию, сразу стали преподавать в Новосаратовке?

Да. Практически через неделю после возвращения из Германии я стал участвовать в разработке учебных курсов.
Как и когда Вы стали пастором?

Пастором я стал задолго до того, как получил богословское образование. Первую проповедь я прочел еще в качестве проповедника в адвент 1992 года. Пастором я стал уже в 1996 году. Общины тогда развивались очень бурно, и нужны были люди, которые брали на себя ответственность проповедовать и служить. Меня все это очень интересовало, поэтому я и стал таким человеком.
Вы сразу стали служить в той церкви, где служите и сегодня – в церкви св. Екатерины на Васильевском острове?

Да, с самого начала. На сегодняшний день община у нас довольно небольшая. И Санкт-Петербург город меньше, чем Москва, и лютеранских общин в городе много. В том числе Церковь Ингрии, которая имеет свои исторические корни на петербуржской земле. Но тем не менее, наша община живая. Мы проводим достаточно хорошую работу. Церковь св. Екатерины известна своими концертами, тематическими вечерами, которые мы проводим для города. И люди с удовольствием приходят к нам.
Сегодня часто встречаются напряженные отношения между родителями и детьми. Дети вырастают очень жестокие, эгоистичные. Что вы можете сказать об этом как пастор, как богослов, как человек?
Семейные отношения – не та тема, по которой я стал бы давать какие-нибудь советы. В воспитании детей прежде всего важна любовь. С самого начало необходимо соответствующим образом распределить роли в семье, чтобы у каждого была своя ниша, в которой человек чувствовал бы себя комфортно. Чтобы все понимали «правила игры».
 То есть в семье нужно договариваться? Но все же, почему так происходит? Возможно, Вы не сталкивались с такими случаями. Но я знаю несколько семей, где очень тяжелые отношения с уже взрослыми детьми.
Мне кажется, эти вопросы существовала всегда. Бывали времена, когда они становились очень явными, в другие времена их старались спрятать. Это общечеловеческая проблема, которая, кстати, прекрасно отражена в классической литературе.
Вы не считаете, что это специфическая черта нашего времени?
Наше время отличается только тем, что многое становится более открытым, более явным, чем раньше. Просто само это явление сегодня стало более заметным.
Какие проблемы, вызовы, болевые точки есть сегодня у нас, в лютеранской церкви? И в целом, у верующих в России?

 Если говорить о лютеранах, то здесь самое сложное то, что сердце лютеранского учения, его фундамент, центр – учение об оправдании, - находится в стороне от тех вопросов, которые задают себе религиозные люди нашего времени. Для большинства религиозных людей вопрос оправдания стоит далеко не на первом месте, как это было во времена Лютера. То, что составляет суть нашей церкви, находится сегодня на периферии христианского сознания. Поэтому лютеранской церкви сложно именно как церкви в современном религиозном окружении. Что касается верующих России. Во-первых, еще не преодолено наследие СССР с враждебным отношением к религии. Во-вторых, возникает религиозный фанатизм с нетерпимым отношением к тем, кто не разделяет убеждений фанатиков. Позиция некоторых руководите-лей Православной церкви не внушает людям симпатии, отталкивает их от церкви. Поэтому большинство людей, не чуждых богословских и духовных вопросов, не хочет иметь дело с церковной организацией. Это не только проблема России, но и в целом современного мира. Для человека становится не так важно принадлежать к какой-то церковной организации. Он может время от времени приходить на богослужения, читать соответствующую литературу, но быть членом церкви для него проблематично.
Как вы смотрите на будущее религии в мире? Останутся ли отдельные конфессии?
 
То, что религия будет трансформироваться, не подлежит никакому сомнению. Но как это произойдет, пока сказать сложно. В западном обществе размытие перегородок между конфессиями происходит уже давно. Официально они пока продолжают существовать, но для большинства простых верующих и для богословов конфессиональные границы на практике никакого значения не имеют.
Антон Владимирович, пожелайте что-нибудь нашим читателям!

Учитывая то, что сейчас происходит, остается пожелать только одного – мира, мира и мира!
Антон Владимирович, спасибо за интервью!
Беседовала Юлия Виноградова

Возврат к списку